«Школа современной пьесы» вернула на сцену обновленный «Город» Гришковца

В московском театре «Школа современной пьесы» — новая старая премьера: режиссер Иосиф Райхельгауз вернул на сцену свой давний спектакль «Город», правда, в обновленном составе. Главного героя сейчас играет Марат Башаров, его жену — Елена Захарова.

"Школа современной пьесы" вернула на сцену обновленный "Город" Гришковца

Признаюсь, среди всех пьес Гришковца "Город" всегда казался мне несколько занудным: здесь почти нет фирменного гришковецкого юмора, неожиданных поворотов сюжета… Однако постановщик утверждает: "Город" — лучшая пьеса автора, она раскрывает грандиозную тему: попытку уйти от самого себя. С этим сталкиваются люди всех возрастов и любого пола. Разбор собственных полетов: в чем удача, в чем нет, в чем полный провал. А если все воспринимается, как полный провал?".

В психологии это называется "кризис среднего возраста". Однако назвать явление — еще не значит объяснить его, тем более — показать, как с ним справиться. Спектакль Райхельгауза интересен тем, что пошагово демонстрирует, что именно происходит с человеком, когда он достигает "спелости" своей жизни: хороший дом, хорошая работа, хорошая семья. Постановщик ненавязчиво подталкивает к простой вроде бы мысли: "дорога с ярмарки" тоже может быть увлекательным, ярким, интересным жизненным этапом. Важно только не бояться совершать поступки, находить ресурсы для "ремонта" своей души внутри себя самого, а не во внешних факторах.

Образ ремонта здесь не случаен: жаловаться на нескончаемый ремонт своей квартиры и занять денег к герою приходит его лучший Друг (Иван Мамонов). И в откровенном разговоре выясняется: тяготы ремонта — это, по сути, всего лишь способ отвлечь себя от внутренней маяты. Да и сценография спектакля (Давид Боровский) активно обыгрывает эту тему: на сцене и посреди зала там и сям возвышаются строительные стремянки, под ними — ведра с краской… Персонажи, вступая в диалоги, то и дело взбираются на лестницы, и эта шаткость их позиций — яркая метафора душевного неустройства при всем видимом благополучии жизни и вознесении над бытом.

Вообще сделать увлекательный спектакль про "кризис среднего возраста" — занятие тяжелое. Герой, каким бы мужественным он ни был, всегда кажется каким-то невротичным хлюпиком: стенает, жалуется, ищет помощи у родных и близких, которым никак не может внятно объяснить, "где болит". Драматурги, для усиления интереса, обычно вводят в таких случаях любовную линию, типа — седина в голову, бес в ребро. Ничего подобного у Гришковца в "Городе" нет.

Здесь — экзистенциальная боль среднестатистического успешного горожанина дана в чистом виде. И это принципиально важно. Спектакль силен именно тем, что внятно дает понять: никакие внешние обстоятельства, как и никакая "внешняя помощь", в данной ситуации не спасут. Ресурсы для ремонта своей души, для обновления интереса к жизни можно найти только в себе самом.

И еще одна важная мысль не дает покоя после спектакля: что же остается человеку, когда он уже добился всего, чего хотел? Ответ прост: умение удивляться. Невозможно избавиться от тоски, когда все твое будущее расчислено и известно. А вот когда оно еще сулит неведомые приключения… Недаром мудрый поэт написал когда-то: "Придешь домой, шурша плащем, стирая дождь со щек: Таинственна ли жизнь еще? Таинственная еще!". Открывать эти таинства — единственный способ справиться с "кризисом вершины".




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *